Coвeт oт 80-лeтнeй Бapбapы Cтpeйзaнд тeм, ктo бoитcя cтapeть

221
Если вы спросите меня — боюсь ли я стареть — я отвечу с хохотом: «Ну, конечно, боюсь! Я в 20 лет выглядела лучше, чем сейчас».
Но это к настоящему страху не имеет никакого отношения. Я видела документальный фильм про психолога, к которому записывали 25-летние девушки, заметившие на своем лице первую морщинку или седой волос на голове. Эта мысль их так изводила, что они считали себя старухами, отказывались ходить на свидания и уж тем более рожать детей.
Им казалось, что завтра они проснутся, и спина не будет гнуться, руки не будут слушаться. Молодость прошла, а все, что вне молодости — это не жизнь. Это серьезный диагноз, фобия, это надо лечить.
Все остальные женщины, конечно, замечают, что время уносит с собой румянец и свежесть, но в истериках не бьются.
Всему свое время, как говорится. Есть период, когда ты слушаешь комплименты от мужчин, а есть период, когда твои собственные дети и внуки говорят о том, как ты вкусно готовишь. Между ними нельзя ставить знак равенства.
Борис Акунин, писатель, говорит о том, что женщине весьма важно плавно перейти из одного статуса в другой. Из невесты на выданье — в жену, из жены — в матери, из матери — в бабушки.
Если не переходить, а быть 55-летней девушкой на выданье, которую никто не берет замуж, то психика, действительно серьезно страдает. Женщина бегает по кабинетам лучших пластических хирургов, тратит баснословные деньги на наряды, ее личная жизнь лучше не становится, а отражение в зеркале пугает.
«Я не собираюсь смотреть в зеркало в старости» — говорит итальянская актриса Моника Белуччи. «Я буду любоваться красотой своих детей».
Есть и те, кто заглядывает еще дальше, на пару десятилетий вперед.
Актрисе Ирине Муравьевой 73 года. 8 лет назад в интервью одному российскому изданию она говорила:
Я часто думаю о старости. Интересно, когда я буду очень старенькой, смогу ли я быть такой, как мне бы хотелось? Я вижу многих стариков, вижу, как им тяжело с самими собой. Как они сами от себя страдают, как сами создают себе сложности, проблемы. Вижу их тоску, одиночество…
Какой я буду в старости? Не знаю. Но я хочу быть хорошей. Мне дети говорят: что ты, мама, ты будешь хорошей. Я говорю: не знаю, не знаю. Смотря какая болезнь меня подкосит, вдруг какая-то нервная. Я же вас покусаю всех.
Я им сказала: только вы меня одну не бросайте. Есть буду мало, буду тихо сидеть в уголке, но чтобы я была в семье…
Другая актриса, Мерил Стрип, которой на сегодняшний день 72 года, говорит в интервью о том, что многих ее ровесников-коллег уже нет в живых. У нее нет ни одной претензии к жизни, ведь она жива — и это главное.
Ей вторит 80-летняя Барбара Стрейзанд:
«Мысли о том, что подступает критический возраст — 40, 50, 60 лет (у всех по-разному), доводят людей до депрессии. Какая разница, сколько тебе лет?
Ты проснулся утром — и это уже радость. За каждый прожитый день нужно благодарить Бога. Если ты боишься дней рождения, зачем тогда вообще жить?»
Источник: mirozdaniya.ru