Ангел-хранитель

152

— Иваныч, ты спишь? – спросил сосед по палате.

— Не сплю, нет никакого сна, — откликнулся грузный пациент, — стены больничные давят.

— Вот и я не сплю, — вздохнув, сказал Сергей, — жена уговорила лечь на обследование и подлечиться, она мой ангел-хранитель. А так бы ни за что сам не пошел. Последний раз лет двадцать назад лежал в больнице, ногу тогда сломал.

Грузный сосед перевернулся на бок, лицом к Сергею, словно приготовившись услышать что-то интересное.

— Представляешь, Николай Иванович, — продолжил Сергей, — я – молодой парень загремел в больницу с переломом ноги, причем перелом был довольно серьезный. Лежу, значит, нога в подвешенном состоянии, ни встать, ни сесть, в общем, почти беспомощный.

В палате пенсионер со мной лежал, да два молодых паренька, уже ходячих, хоть и с костылем. Делать парням нечего, так они, как увидят молоденькую медсестру, не помню, как ее звали, то ли Люда, то ли Валя, хватают — и в палату тащат, а сами гогочут.

Я сначала хотел заступиться за девчонку: «Не смотрите, что «прицепленный за ногу» — говорю им, гирей прилетит, будете знать. Но потом смотрю, а она хоть и визжит, отбивается, но не очень-то и сопротивляется — в общем, свои у них там игры были.

— А ты женат тогда был? – спросил сосед Николай Иванович, заинтересовавшись рассказом.

— Нет, холостой еще, двадцать пять мне было, по тем временам уже пора. Была до армии девчонка — не дождалась, потом после армии влюбился, бегал за красивой девушкой, даже подружили не много, но ничего не получилось. Потом за мной одна бегала, а я — от нее. И когда в больницу загремел, была у меня девчонка, с которой мы уже разговоры вели, чтобы пожениться.

И вот лежу я со сломанной ногой, мать приходит в больницу, брат младший забегает, сестра двоюродная заходила, а девчонки моей нет. Госэкзамены у нее тогда были. И я вроде все понимаю — не до меня ей сейчас. Но душа вдруг заныла, так тоскливо показалось в этих больничных стенах, за несколько дней быстро все надоело: и парни, гогочущие на пустом месте, и эта медсестра визжащая. А тут еще старшая медсестра с голосом командира дивизиона, как зайдет в палату, отчитает всех, даже отругает.

В общем, мало того, нога… настроение вообще пропало. Лежу и думаю: ну почему Светка не приходит (это подруга моя на тот момент), не надо мне ее передач, просто бы пришла. Я представлял ее улыбающейся, ласковой, нежной. Вот заходит она, садится рядом, берет меня за руку, говорит что-то нежное, а я лежу и от счастья таю. Дурацкие, конечно, мысли, но почему-то в те дни мне хотелось, чтобы была со мной добрая, девушка – не визжащая медсестра, не помню ее имени, а понимающая девчонка.

Читать также: Идите навстречу

И так я замечтался о прекрасной девушке, что образ (тогда еще моей Светки) вдруг вытеснился другим образом, я даже не заметил, как нарисовал в своем воображении совсем другой портрет. Светловолосая, хрупкая, улыбчивая девушка так и стояла у меня перед глазами. Я думал, что такое наваждение временное… вот выпишусь из больницы и Светка моя никуда не денется — госы не вечны, закончатся когда-то.

И вдруг, такое обычно всегда бывает «вдруг», — в общем, в один по-настоящему прекрасный день, в палате появляется Она, как раз та девушка, о которой мечтал. Хоть и смутно прорисовывались ее черты, но я почему-то понял, что тосковал именно по ней. Она была светловолосой, улыбчивой… но такую, как я понял, в палату тискать не затащишь, она одним взглядом остановит.

Пацаны, что со мной в палате лежали, сразу притихли, смотрят на нее, как будто фею увидели, больше не гогочут.

— Здравствуйте, — заговорило чудесное создание.

И от ее голоса у меня дрожь прошла. И вдруг стыдно стало, что такая прекрасная девушка уколы мне в ягодицу будет ставить.

— Вы уколов боитесь? – с улыбкой и удивлением спросила она, увидев, как я напрягся.

— Как вас зовут? – спросил я, удивляясь своей смелости.

— Ольга, — ответила она и тут же смутилась и добавила: — Оля, можно просто Оля.

И вот как раз это теплое, мягкое «Оля» ей подходило больше, чем официальное «Ольга».

С этого дня я только и ждал, чтобы в палату вошла Оля. До этого она была в отпуске, и мы ее в тот день всей палатой увидели первый раз. Все сладости, что мне приносили родители, друзья, я старался вручить Оле, хоть она и отказывалась. Между нами возникло какое-то понимание, какая-то ниточка, связывающая нас, хотя я даже не пытался к ней клеиться.

Из больницы выписался в тот день, когда Оли не было на дежурстве. И вот уже я дома; в тот же день прибежала Светка и, прыгая от радости, повисла у меня на шее: — Сдала, сдала! На пятерки.

— Ты хоть бы для виду пришла какой раз в больницу, — сказал я, ну и поздравил, конечно, со сдачей экзаменов.

— И чем бы я тебе помогла, ты все равно не ходячий был.

Честно сказать, я даже спорить не стал, и почему-то у меня обиды на Светку не было — все равно она не поймет, что даже просто ее присутствие, ее улыбка могут помочь. До этого я никогда не думал, что можно так нуждаться в девушке.

В тот же день я сказал Светке, что ничего у нас не получается, что у меня другой идеал любимой и единственной. Светка устроила истерику, обвинила в том, что я воспользовался моментом, когда она сдавала госэкзамены, что я вообще несерьезный и в том же духе. А я решил, что лучше сейчас все оборвать, чтобы потом всю жизнь не сожалеть.

Через неделю купил букет цветов и поковылял в больницу рано утром, чтобы не прокараулить Олю. Долго маялся сомнениями (мы ведь ни о чем с ней не договаривались), что сказать, а когда увидел ее, то слова сами появились.

— Оля, ты – моя мечта, — сказал я ей, удивившись, что могу быть таким романтиком. Ну а дальше все само собой произошло: и разговоры начались, и встречи.

Мы встречались полгода, а потом поженились. И я всегда знал, что мечтал именно о ней, а встретил ее в больнице.

— И что теперь? – шепотом спросил сосед по палате Николай Иванович

— А теперь уже двадцать лет вместе, сын и дочь у нас. Завтра придет сюда, так что Иваныч, познакомлю я тебя со своим ангелом-хранителем, которого сам себе намечтал.

Татьяна Викторова

Источник: dzen.ru